Шведская ножевая традиция

Скандинавская ножевая культура издавна пользовалась в России уважением, хотя по своей структуре она крайне неоднородна. В Финляндии, на родине пуукко, этот самый пуукко переживает нынче далеко не лучшие времена.

На всю страну наберется от силы три десятка ножевщиков. Серийные производства, сделав основную ставку на потребителей из Европы и Северной Америки, давно сосредоточились на расхожем американизированном дизайне и почти ничего самобытного предложить не могут.

Финская ножевая отрасль эволюционирует в русле общеевропейских перемен: снижение процента ручной работы и себестоимости с переходом на машинные технологии. Немного лучше обстоят дела в Норвегии, имеющей несколько самобытных производств и довольно обширную авторскую традицию. Но норвежская ножевая культура сравнительно молода и во многом заимствована у соседей. Лишь Швеция возвышается в Скандинавии подлинным оазисом развитой, своеобразной и крайне интересной авторской традиции, практически неизвестной в России.

Социализм плюс традиции.

Что позволило шведам сохранить и преумножить национальное достояние, каковым, без сомнения, является культура изготовления авторского ножа? Тут, видимо, тесным образом переплелся целый ряд специфических национальных и экономических особенностей, присущих социальному устройству, называемому «шведской моделью социализма».

Это значительное количество свободного времени у среднестатистического шведа, мощный пакет предоставляемых ему социальных гарантий взамен на довольно высокие налоги, надежно изымающие у населения излишки свободных средств, и, главное, древние традиции высококачественной ручной работы, именуемой «слойд».

В рамках общеобразовательных школ в большинстве регионов все еще работают юношеские ремесленные кружки, в которых обязательной частью учебных программ является работа с металлом, деревом и кожей. Основную массу современной шведской молодежи такой вид проведения досуга в дальнейшем особо не прельщает, однако школьные курсы все еще обеспечивают достаточный приток подростков в ряды шведских ножевщиков, объединенных в небольшие региональные организации.

За сугубо номинальный годовой членский взнос, эквивалентный 400 российским рублям, ассоциированный ножевщик-любитель имеет возможность несколько часов в неделю работать в общей мастерской на оборудовании гильдии и обеспечивается поддержкой (в основном моральной) при участии в национальных первенствах.

На популярный у нас вопрос об источниках финансирования такого благолепия ответ тоже прост: государственная налоговая политика обеспечивает пусть и не очень большой, но достаточно стабильный приток денежных средств от меценатов и спонсоров, позволяющий региональным гильдиям жить хотя и без особого шика, но и не слишком бедствуя. Результатом является наиболее высокий процент приходящихся в Швеции на «душу населения» ножевщиков-любителей не только среди прочих скандинавских стран, но и, пожалуй, по всей Европе и в обеих Америках.

Очевидно, что продукт труда большинства этих энтузиастов в небольшой индустриально развитой стране не особо востребован. Небольшие магазинчики и галереи исторического центра Стокгольма — Гамла Стана — просто завалены великолепными авторскими ножами по весьма приемлемым (сточки зрения европейца, естественно) ценам.

Ограниченный спрос и обуславливает преимущественно любительский характер шведского увлечения изготовлением ножей — мало кто готов сделать это своим основным занятием. Один из наиболее востребованных товаров на шведских выставках — ножевые клинки. Любой может попробовать свои силы в их отделке, а при желании даже выковать клинок самостоятельно. Однако плоды труда подобных любителей впечатляют.

Если в России под термином «самоделка» понимается нечто непрезентабельное, с нарушенными пропорциями, выполненное из того, что попало под руку его автору, то шведский любительский нож не таков. Его пропорции пусть и консервативны, но зато выглядят органично. Отделочные материалы подбираются тщательнейшим образом, а клинок, как правило, берется уже готовый, авторский.

Особенно если любитель не искушен в работе молотом и точилом. Вы никогда не увидите торчащей из стыков эпоксидки или выполненных из обрезков пожарного шланга ножен. Все очень органично и привлекательно: нож любителя от изделия профи можно отличить лишь по малозаметным нюансам. Многовековые традиции высококачественного ручного труда просто не позволяют работать по-иному: изготовитель сам себе строгий судья.

Незначительное количество шведских профессионалов сегодня не испытывает особых иллюзий в отношении емкости национального рынка, устремляя взоры на Западную Европу и. конечно, на США. И туг исторические традиции и высокая производственная культура предоставляют шведам исключительные шансы. Достаточно упомянуть такие фамилии, как Майкл Эклунд, Кай Эмбретсен, Кон ни Перссон и Роджер Берг.

Эти мастера не только смогли прорваться на американский авторский рынок, но и убедительно доказали свой высочайших класс серией призов на престижных шоу. В мировой «ножевой Мекке», каковой ныне является .Америка, это кое-что да значит. Конечно, жесткий североамериканский ножевой рынок сумел существенно перестроить творчество этих мастеров, заставив творить в амплуа, весьма отличном от национального. Тем более любопытно знакомство со шведской традицией в ее естественном виде.

Людвика и Скоклостер.

Наиболее представительными как в плане списка участников, гак и но статусу являются две ежегодные шведские выставки, проводимые летом в Людвике — это центральная часть Швеции — и Скоклостере, расположенном в 65 километрах к северу от Стокгольма. Первая уже давно приобрела статус международной, в то время как вторая, более молодая, является олицетворением национальной традиции настолько, что зарубежные мастера просто не допущены к участию в самом первенстве — это прерогатива исключительно шведов.

Одним из принципов, по которым проводятся первенства, являются жестко регламентированные номинации, в которых, как правило, и творит основной процент шведских ножевщиков — профессионалов и любителей. Скрупулезное следование раз и навсегда установленным правилам — национальная черта шведского характера.

Нож как украшение.

Первая группа это небольшие рабочие ножи — brukskniv. Тут все строго: кожа, дерево и сталь — углеродистая или нержавеющая. Мастера соревнуются в уровне подгонки составных частей, продуманности концепции и следовании раз и навсегда установленным канонам.

Всего нож оценивается почти по сотне критериев — от качества шва на ножнах до сочетания текстуры дерева и кожи. Клинок обязан быть острым — по старинке это проверяют на ногте. Следующая номинация несет на себе явную печать саамской ножевой традиции. И рукоять, и ножны делают из цельного куска рога либо в комбинированной технике — украшенная национальным орнаментом кость, кожаная «юбка» на ножнах и наборная рукоять.

Главным отличием от саамских ножей является размер — длина клинка, как правило, не превышает длину рукояти, а зачастую и меньше нее. Еще одной традиционной номинацией является «нож украшенный, парадный». Тут уже допустимы сложные составные композиции, металлические приборы ножен и прочие радующие взор излишества, идущие к парадному одеянию жителя шведского королевства.

Стоит особо отметить, что именно такие ножи собственного изготовления носили на поясе во время шоу многие ножевщики. Этот обычай было бы где худо перенять и нашим соотечественникам — в качестве испытания это способность сделать нож, который и самому носить на людях не стыдно.

Отдельная, особая и очень престижная номинация — украшенные миниатюры. Это крохотные версии парадного ножа длиной до 100 мм. Многие мужчины (не говоря о шведских дамах) из числа любителей и профессионалов носят таковой на шее на манер украшения, что выглядит весьма уместно: отделка таких клинков требует поистине ювелирной точности и скрупулезности.

Для тех моделей, которые не лезут в довольно жесткие рамки традиционных номинаций, открыты дополнительные категории. С целью поощрения талантливой молодежи введена отдельная номинация для мастеров, не достигших 18 лет. И тут надо признать, что уровня отделки моделей, выполненных шведскими подростками, не постеснялись бы и многие наши профи. А кое-кому и поучиться у них было бы не грех.

Наглядная агитация.

Непременной частью шоу является наглядная агитация в пользу продолжения традиций авторского изготовления ножа. Если на большинстве зарубежных шоу покупатель ножей с тугим кошельком — фигура номер один, то в Швеции на первом месте стоит сама традиция, ее пропаганда и сохранение.

Ножи составляют немногим более половины ассортимента витрин и стендов на шоу. Все остальное — инструменты, полуфабрикаты, заготовки, литература и видео — рассчитано на определенную категорию посетителей: самих ножевщиков, профессионалов и любителей. Цены хотя и немаленькие, но вполне по карману большинству приходящих на выставку.

А уж ассортимент сырья ясно показывает, что патриархальным традициям не чужды и модные инновации. Наряду с традиционными материалами представлена стабилизированная древесина, высокотехнологичные стали, а также современное оборудование и расходные материалы: высококачественные абразивные ленты, полировальные пасты, краски для кожи и прочее.

Причем наглядная агитация носит вполне прикладной характер — вблизи разбивается настоящий городок мастеров, в котором постоянно что-то куют, точат, шлифуют, шьют и режут, демонстрируя последовательные стадии превращения в нож кусков кожи, брусков древесины и полос металла. На показательных семинарах желающие получают представления о ковке мозаичных дамасков, шитье ножен и изготовлении рукоятей. К сожалению, фотографии лишь в слабой мере способны передать тот великолепный уровень подгонки и глубочайшей проработки мельчайших деталей отделки, по которым и узнаются изделия настоящего мастера своего дела.

Ну, например, часто ли вам приходилось видеть нож, который, будучи помещен до половины в ножны, «заезжает» в них до конца сам? Никакой мистики — все дело в точно подогнанном устье ножен и выверенной форме брюшка рукояти. Конечно, и в других странах есть немало достойных мастеров, которые могут сделать нож не хуже шведов.

Но столь высоких стандартов в проработке подавляющего большинства моделей, а не только штучных дорогих изделий, вы, пожалуй, не найдете нигде в мире. Это говорит о национальной культуре и традициях громче любых славословий. Чтобы обеспечить подобный уровень, надо быть не просто мастером, а по настоящему любить свое дело и даже немного на нем помешаться — в лучшем значении этого слова.